Популярный справочник. Творческие портреты композиторов (Фрагменты)
М., "Музыка", 1990
пред.страница

след.страница

ДАЛЛАПИККОЛА (Dallapiccola) Луиджи (3 II 1904 Пизино, Истрия - 19 II 1975, Флоренция)

Л. Даллапиккола - один из создателей современной итальянской оперы. От классиков эпохи бельканто, В. Беллини, Дж. Верди, Дж. Пуччиии, он унаследовал эмоциональность мелодической интонации и при этом использовал сложные современные выразительные средства. Первым из итальянских композиторов Даллапиккола обратился к методу додекафонии. Автор трех опер, Даллапиккола писал в самых разных жанрах: музыку для хора, оркестра, для голоса с оркестром или с фортепиано. Родился Даллапиккола в Истрии (эта область тогда принадлежала Австро-Венгрии, сейчас - частично Югославии). Во время первой мировой войны, когда австрийское правительство закрыло школу его отца (преподавателя греческого языка), семья переехала в Грац. Там Даллапиккола впервые побывал в оперном театре, самое большое впечатление произвели на него оперы Р. Вагнера. Мать однажды заметила, что, когда мальчик слушал Вагнера, в нем заглушалось чувство голода. Послушав оперу Летучий голландец, тринадцатилетний Луиджи решил стать композитором. По окончании войны (когда Истрия отошла к Италии) семья возвратилась на родину.

Даллапиккола окончил консерваторию во Флоренции по классу фортепиано (1924) и композиции (1931). Найти свой стиль, свой путь в музыке удалось не сразу. Несколько лет в начале 20-х гг. Даллапиккола, открывший для себя новые горизонты (импрессионизм К. Дебюсси и старинную итальянскую музыку), был занят их осмыслением и вообще не сочинял. В произведениях, созданных в конце 20-х гг. (по желанию автора они не исполнялись), чувствуется своеобразный неоклассицизм и даже влияние композитора XVII в. К. Монтеверди (впоследствии, в 1942 г., Даллапиккола сделал переложение оперы Монтеверди Возвращение Улисса).

В середине 30-х гг. (возможно, не без влияния встречи с А. Бергом, крупнейшим композитором-экспрессионистом) Даллапиккола обратился к додекафонной технике. Применяя этот способ письма, итальянский композитор не отказывается от таких привычных выразительных средств, как напевная мелодия, тональность. Строгий расчет сочетается у него с вдохновением. Даллапяккола вспоминал, как однажды, идя по улице Флоренции, он набросал свою первую додекафонную мелодию, ставшую основой Хоров из Микеланджело. Вслед за Бергом и А. Шенбергом Даллапиккола применяет додекафонию для передачи повышенного эмоционального напряжения и даже как своеобразное средство протеста. Впоследствии композитор скажет: Мой путь музыканта, начиная с 1935-36 годов, когда я окончательно осознал первобытное варварство фашизма, стремившегося задушить испанскую революцию, идет в прямой к нему оппозиции. К этому времени относятся и мои додекафонические опыты. Ведь в то время "официальная" музыка и ее идеологи воспевали фальшивый оптимизм. Я не мог не выступить тогда против этой фальши.

Тогда же начинается и педагогическая деятельность Даллапикколы. Свыше 30 лет (1934-67) он вел во Флорентийской консерватории классы фортепиано и композиции. Выступая с концертами (в т. ч. в дуэте со скрипачом С. Матерасси), Даллапиккола пропагандировал современную музыку - он первый познакомил итальянскую публику с творчеством крупнейшего из современных композиторов Франции О. Мессиана.

Известность к Даллапикколе пришла с постановкой его первой оперы Ночной полет в 1940 г., написанной по повести А. Сент-Экзюпери. Не раз композитор обращался к теме протеста против насилия над человеческой личностью. В кантате Песни узников (1941) используются тексты молитвы Марии Стюарт перед казнью, последней проповеди Дж. Савонаролы и фрагменты из трактата античного философа Боэция, приговоренного к смерти. Стремление к свободе воплотилось и в опере Узник (1948), где использованы сюжеты новеллы В. Лиль-Адана и романа Легенда об Уленшпигеле Ш. де Костера.

Крах фашизма позволил Даллапикколе оказывать более активное воздействие на музыкальную жизнь: в первые послевоенные годы он работает музыкальным критиком газеты Иль Мондо и секретарем Общества итальянской современной музыки. Имя композитора стало авторитетным и за рубежом. Его приглашают на педагогическую работу в США: в Беркширский музыкальный центр (Танглвуд, штат Массачусетс, 1951-52), в Куинс-колледж (НьюЙорк, 1956-57), а также в Австрию - на летние курсы Моцартеума (Зальцбург).

Начиная с 50-х гг. Даллапиккола усложняет свой стиль, что сказалось и в самом значительном произведении этих лет - опере Улисс (Одиссей), поставленной в 1968 г. в Берлине. Вспоминая детство, композитор писал, что все персонажи поэмы Гомера (благодаря профессии отца) были для нашей семьи как бы живыми и близкими родственниками. Мы знали их и говорили о них как о друзьях. Даллапиккола и раньше (в 40-е гг.) написал немало произведений для голоса и инструментального ансамбля на слова древнегреческих поэтов: Сафо, Алкея, Анакреона. Но главным делом для него была опера. В 60-е гг. появляются его исследования Слово и музыка в опере. Заметки о современной опере и др. Опера кажется мне средством, наиболее пригодным для выражения моих мыслей... она зачаровывает меня - так выразил свое отношение к любимому жанру сам композитор. /К. Зенкин/

ДАРГОМЫЖСКИЙ Александр Сергеевич (14 II 1813, с. Троицкое, ныне Тульской обл. - 17 I 1869, Петербург)

Я не намерен снизводить ...музыку до забавы. Хочу, чтобы звук прямо выражал слово. Хочу правды.
А. Даргомыжский

В начале 1835 г. и доме М. Глинки появился молодой человек, оказавшийся страстным любителем музыки. Невысокий, внешне ничем не примечательный, он совершенно преображался за фортепиано, восхищая окружающих свободной игрой и великолепным чтением нот с листа. Это был А. Даргомыжский, в скором будущем крупнейший представитель русской классической музыки. В биографиях обоих композиторов немало общего. Раннее детство Даргомыжского прошло в имении отца неподалеку от Новоспасского, и его окружала та же природа и крестьянский уклад, что и Глинку. Но в Петербург он попал в более раннем возрасте (семья переехала в столицу, когда ему было 4 года), и это наложило свой отпечаток на художественные вкусы и определило интерес к музыке городского быта.

Даргомыжский получил домашнее, но широкое и разностороннее образование, в котором первое место занимали поэзия, театр, музыка. В 7 лет его стали обучать игре на фортепиано, скрипке (позже он брал уроки пения). Рано обнаружилась тяга к музыкальному сочинительству, но она не поощрялась его учителем А. Данилевским. Свое пианистическое образование Даргомыжский завершил у Ф. Шоберлехнера, ученика знаменитого И. Гуммеля, занимаясь с ним в 1828-31 гг. В эти годы он часто выступал как пианист, участвовал в квартетных вечерах и проявлял все больший интерес к композиции. Тем не менее в этой области Даргомыжский еще оставался дилетантом. Не хватало теоретических познаний, к тому же юноша с головой окунулся в водоворот светской жизни, был в пылу молодости и в когтях наслаждений. Правда, уже тогда имели место не только развлечения. Даргомыжский посещает музыкально-литературные вечера в салонах В. Одоевского, С. Карамзиной, бывает в кругу поэтов, художников, артистов, музыкантов. Однако полный переворот в его судьбе совершило знакомство с Глинкой. Одинаковое образование, одинаковая любовь к искусству тотчас сблизили нас... Мы скоро сошлись и искренно подружились. ...Мы в течение 22 лет сряду были с ним постоянно в самых коротких, самых дружеских отношениях, - писал Даргомыжский в автобиографической записке.

Именно тогда перед Даргомыжским впервые по-настоящему встал вопрос о смысле композиторского творчества. Он присутствовал при рождении первой классической русской оперы Иван Сусанин, принимал участие в ее сценических репетициях и воочию убеждался в том, что музыка призвана не только услаждать и развлекать. Музицирование в салонах было заброшено, и Даргомыжский приступил к восполнению пробелов в своих музыкально-теоретических познаниях. Для этой цели Глинка передал Даргомыжскому 5 тетрадей, содержавших записи лекций немецкого теоретика З. Дена.

В своих первых творческих опытах Даргомыжский уже проявлял большую художественную самостоятельность. Его привлекали образы униженных и оскорбленных, он стремится воссоздать в музыке разнообразные человеческие характеры, согревая их своим сочувствием и состраданием. Все это повлияло на выбор первого оперного сюжета. В 1839 г. Даргомыжский закончил оперу Эсмеральда на французское либретто В. Гюго по его роману Собор Парижской богоматери. Ее премьера состоялась лишь в 1848 г., и эти-то восемь лет напрасного ожидания, - писал Даргомыжский, - легли тяжелым бременем на всю мою артистическую деятельность.

Неудача сопутствовала и следующему крупному произведению - кантате Торжество Вакха (на ст. А. Пушкина, 1843), переработанной в 1848 г. в оперу-балет и поставленной только в 1867 г. Эсмеральда, явившаяся первой попыткой воплотить психологическую драму маленьких людей, и Торжество Вакха, где состоялась впервые в рамках масштабного сочинения ветрена с гениальной пушкинской поэзией, при всех несовершенствах были серьезным шагом к Русалке. Путь к ней прокладывали также и многочисленные романсы. Именно в этом жанре Даргомыжский как-то сразу легко и естественно достиг вершины. Он любил вокальное музицирование, до конца жизни занимался педагогикой. ...Обращаясь постоянно в обществе певцов и певиц, мне практически удалось изучить как свойства и изгибы человеческих голосов, так и искусство драматического пения, - писал Даргомыжский. В молодости композитор нередко отдавал дань салонной лирике, однако даже в ранних романсах он соприкасается с главными темами своего творчества. Так бойкая водевильная песня Каюсь, дядя (ст. А. Тимофеева) предвосхищает сатирические песни-сценки позднего времени; острозлободневная тема свободы человеческого чувства находит воплощение в балладе Свадьба (ст. А. Тимофеева), столь любимой впоследствии В. И. Лениным. В начале 40-х гг. Даргомыжский обратился к поэзии Пушкина, создав такие шедевры, как романсы Я вас любил, Юноша и дева, Ночной зефир, Вертоград. Пушкинская поэзия помогала преодолевать влияние салонного чувствительного стиля, стимулировала поиск более тонкой музыкальной выразительности. Все теснее становилась взаимосвязь слова и музыки, требовавшая обновления всех средств, и в первую очередь - мелодии. Музыкальная интонация, фиксирующая изгибы человеческой речи, помогала вылепить реальный, живой образ, а это вело к формированию в камерном вокальном творчестве Даргомыжского новых разновидностей романса - лирико-психологических монологов (Мне грустно, И скучно, и грустно на ст. М. Лермонтова), театрализованных жанрово-бытовых романсов-сценок (Мельник на ст. Пушкина).

Немаловажную роль в творческой биографии Даргомыжского сыграло заграничное путешествие в конце 1844 г. (Берлин, Брюссель, Вена, Париж). Главный его результат - неодолимая потребность писать по-русски, причем с годами это стремление приобретает все более четкую социальную направленность, перекликаясь с идеями и художественными исканиями эпохи. Революционная ситуация в Европе, ужесточение политической реакции в России, растущие крестьянские волнения, антикрепостнические тенденции в среде передовой части русского общества, усиливающийся интерес к народной жизни во всех ее проявлениях - все это способствовало серьезным сдвигам в русской культуре, в первую очередь в литературе, где к середине 40-х гг. складывается так называемая натуральная школа. Ее главная особенность, по словам В. Белинского, заключалась в более и более тесном сближении с жизнью, с действительностью, в большей и большей близости к зрелости и возмужалости. Темы и сюжеты натуральной школы - жизнь простого сословия в ее неприкрашенной обыденности, психология маленького человека - были очень созвучны Даргомыжскому, и это особенно проявилось в опере Русалка, обличительных романсах конца 50-х гг. (Червяк, Титулярный советник, Старый капрал).

Русалка, над которой Даргомыжский работал с перерывами с 1845 по 1855 г., открыла новое направление в русском оперном искусстве. Это лирико-психологическая бытовая драма, ее самыми замечательными страницами являются развернутые ансамблевые сцены, где сложные человеческие характеры вступают в остроконфликтные взаимоотношения и раскрываются с большой трагической силой. Первое представление Русалки 4 мая 1856 г. в Петербурге вызвало интерес публики, однако высший свет не удостоил оперу своим вниманием, а дирекция императорских театров отнеслась к ней недоброжелательно. Ситуация изменилась в середине 60-х гг. Возобновленная под управлением Э. Направника, Русалка имела успех поистине триумфальный, отмеченный критикой как признак того, что воззрения публики... радикально изменились. Эти изменения были вызваны обновлением всей социальной атмосферы, демократизацией всех форм общественной жизни. Отношение к Даргомыжскому стало иным. За минувшее десятилетие его авторитет в музыкальном мире сильно возрос, вокруг него объединилась группа молодых композиторов во главе с М. Балакиревым и В. Стасовым. Активизировалась и музыкально-общественная деятельность композитора. В конце 50-х гг. он принимал участие в работе сатирического журнала Искра, с 1859 г. стал членом комитета РМО, участвовал в разработке проекта устава Петербургской консерватории. Так что когда в 1864 г. Даргомыжский предпринял новое заграничное путешествие, зарубежная публика в его лице приветствовала крупного представителя русской музыкальной культуры.

В 60-х гг. расширился круг творческих интересов композитора. Появились симфонические пьесы Баба-яга (1862), Казачок (1864), Чухонская фантазия (1867), все более крепла идея реформы оперного жанра. Ее осуществлением стала опера Каменный гость, над которой Даргомыжский работал несколько последних лет, - самое радикальное и последовательное воплощение сформулированного композитором художественного принципа: Хочу, чтобы звук прямо выражал слово. Даргомыжский отказывается здесь от исторически сложившихся оперных форм, пишет музыку на подлинный текст трагедии Пушкина. Вокально-речевая интонация играет в этой опере ведущую роль, являясь основным средством характеристики персонажей и основой музыкального развития. Даргомыжский не успел закончить свою последнюю оперу, и, согласно его желанию, она была завершена Ц. Кюи и Н. Римским-Корсаковым. Кучкисты высоко ценили это произведение. Стасов писал о нем, как о необыкновенном, выходящем из всех правил и из всех примеров сочинении, а в Даргомыжском видел композитора необычайной новизны и мощи, который создал в своей музыке... характеры человеческие с правдивостью и глубиной истинно шекспировской и пушкинской. Великим учителем музыкальной правды назвал Даргомыжского М. Мусоргский. /О. Аверьянова/

ДВОРЖАК (Dvorak) Антонин (8IX 1841, Нелагозевес, на Влтаве - 1 V 1904, Прага)

Самостоятельный талант, образовавшийся при неблагоприятных обстоятельствах и победоносно вышедший из трудной борьбы.
Г. Ларош

В своем последнем инструментальном сочинении - симфонической поэме Богатырская песнь (впервые прозвучавшей под управлением Г. Малера), написанной в эпических тонах и по праву считающейся самым потрясающим оркестровым произведением А. Дворжака, композитор запечатлел картину своего нелегкого жизненного пути, с. подъемами и срывами, с радостью побед и горечью поражений, с упорной борьбой и конечным триумфом человека, остававшегося, несмотря ни на что, верным национальным идеалам искусства и труда.

Родился Дворжак в маленькой чешской деревушке в семье мясника, многие поколения которой традиционно занимались этим ремеслом. И к такой же деятельности в будущем стали готовить белозубенького крепыша Тоничка: едва малыш научился ходить, отец подарил ему передник мясника и оселок, а немногим позже у него появились и свои обязанности в мясной лавке. Знакомство с музыкой состоялось в деревенской школе, где по обычаю того времени дети обучались грамоте и музыке. После окончания двухгодичной школы, чтобы мальчик в полной мере овладел ремеслом, его отправили в город Злонице. Там он прошел надлежащий курс обучения и проработал положенное время на бойне. Для занятий музыкой в эти годы оставались лишь краткие часы досуга. И только получив соответствующий документ, позволявший открыть свое дело, Дворжак смог подумать о будущем. Мечты его тогда были скромные. Художник в нем еще дремал. Романтические порывы пока не проявлялись. Он был просто ремесленником, который хотел одну профессию сменить на другую, гораздо более его привлекавшую.

Дворжаку исполнилось 16 лет, когда отец, уступая настойчивым просьбам сына, отвез его на своей телеге в Прагу и помог определиться в Органную школу, которая готовила профессиональных органистов и композиторов. Но теоретических знаний, полученных в Органной школе за 2 года, конечно, было недостаточно для воплощения больших и серьезных замыслов. Дворжак это понимал, и потому решил любой ценой остаться в Праге, отказавшись от места органиста в провинции. Жил он впроголодь, играя по вечерам на альте в маленькой капелле Комзака, выступавшей в одном из ресторанов. Зато днем сидел над партитурами И. Гайдна, В. А. Моцарта, обожаемого им Л. Бетховена, Ф. Шуберта, Ф. Листа, Р. Вагнера... Осенью 1862 г. в Праге открылся Временный театр, и музыканты капеллы Комзака, хорошо себя зарекомендовавшие, стали ядром его будущего оркестра. Проработав в оркестре театра 10 лет, Дворжак принял участие в исполнении многих опер, в т. ч. Ивана Сусанина и Руслана и Людмилы М. Глинки, Гальки С. Монюшко, первых опер Б. Сметаны. Годы работы в театре были хорошей школой для молодого музыканта, стремившегося сочинять. А сочинял он в ту пору много, но без всякой надежды на исполнение, даже избегая рассказывать о своих опытах. Им были написаны струнные квартеты, 2 симфонии и вокальный цикл Кипарисы (на ст. Г. Пфлегер-Моравского), запечатлевший романтическое чувство первой любви. Увлечение Вагнером породило оперу Альфред (на сюжет из раннего средневековья).

Первое упоминание о Дворжаке как о композиторе появилось в прессе, когда ему было 30 лет и он еще не слышал ни одного своего сочинения. Заслуга в открытии Дворжака-композитора принадлежит известному чешскому деятелю, редактору пражской музыкальной газеты Л. Прохазке, поддерживавшему все новое и значительное в чешском искусстве. Ознакомившись с партитурой комической оперы Дворжака Король и угольщик (по народной сказке о короле, заблудившемся на охоте в лесу и спасенном добродушным угольщиком, либр. Б. Гульденера, 1871), Прохазка стал на многие годы его активным пропагандистом. Он же своими советами помог Дворжаку погрузиться в стихию отечественной культуры и сбросить гипнотическую власть музыки Вагнера. По-славянски напевные мелодии Дворжака приобрели постепенно особую красоту и силу. Музыка стала насыщаться героикой и патриотизмом.

Прозвучавшая под управлением Сметаны увертюра к Королю и угольщику и особенно исполнение хорового гимна (на ст. В. Галека Наследники Белой горы), подкрепленное выступлениями Прохазки в прессе, сразу принесли Дворжаку широкую известность. Он получил на 5 лет государственную артистическую стипендию (чему способствовал И. Брамс, возглавлявший жюри и считавший, что то лучшее, что должен иметь музыкант, Дворжак имеет), ушел из оперного театра и целиком отдался творчеству. Следом появились комические оперы Упрямцы (на сюжет из жизни чешской деревни, очень напоминающий Проданную невесту Сметаны, 1874), Хитрый крестьянин (1877) и трагическая опера Ванда (о легендарной польской княжне, правившей страной подобно чешской Либуше, 1875), малоудачная опера Димитрий (о Самозванце, 1882) и одна из лучших опер Дворжака Якобинец (1888). В промежутках создавались камерные сочинения. Жанр камерно-инструментальной музыки был истинной любовью Дворжака, и он не изменял ему до конца своих дней. Им написано 14 струнных квартетов; 2 фортепианных, 2 струнных квинтета; струнный Секстет; струнные трио; фортепианное Трио; множество пьес для скрипки, виолончели, для фортепиано в 2 и в 4 руки. Много у Дворжака и вокальных произведений. Это хоры, в которых композитор старался раскрывать поэтические образы в оригинальных, но близких к народным мелодиях; знаменитые Моравские дуэты на тексты моравских народных песен; циклы Кипарисы, Вечерние песни, Цыганские мелодии, Песни любви и др.

Со смертью маленькой дочери Дворжака связано появление его первого произведения религиозного характера Stabat mater (1877), повествующего о страданиях матери. Величественная и скорбная музыка Stabat mater принесла Дворжаку первый значительный успех в Англии (куда он многократно и охотно приезжал потом дирижировать своими произведениями) и в других странах. В 1890 г. Дворжак был избран членом Чешской академии наук и почетным доктором философии Карлова университета в Праге. В 1891 г. он стал почетным доктором Кембриджского университета. Двумя годами позже этой чести был удостоен П. Чайковский, с которым Дворжака связывала крепкая дружба, доказательством чему служит их сохранившаяся переписка и приезд Дворжака с концертами в Россию по приглашению Чайковского в 1890 г. Симфонические произведения Дворжака составляют золотой фонд чешской музыки. Им создано 9 симфоний, из которых наиболее популярна Девятая (Из Нового Света, 1893), написанная в США, где Дворжак был директором и профессором Нью-Йоркской консерватории; симфонические поэмы Водяной, Полуденница, Золотая прялка, Голубок, Богатырская песнь; увертюры; сюиты; 3 Славянские рапсодии и, конечно же, знаменитые Славянские танцы, широко известные в самых различных переложениях.

За 3 года (1892-95), проведенных в США, кроме Девятой симфонии, в которой Дворжак, сохранив в целом национальное своеобразие своей музыки, использовал негритянские и индейские мелодические и ритмические обороты, написаны были еще камерно-инструментальные ансамбли, кантата Американский флаг и Концерт для виолончели с оркестром. Этот концерт наряду с Девятой симфонией относится к числу высших достижений Дворжака в области симфонизма. Вернувшись в Прагу в 1895 г., Дворжак продолжил педагогическую деятельность в консерватории, начатую им в год своего пятидесятилетия. В 1901 г. он был назначен директором Пражской консерватории, вобравшей в себя и Органную школу.

До конца дней своих Дворжак напряженно сочинял. К последним годам относится создание красочной, насыщенной веселым юмором фантастической оперы Черт и Кача (по чешской народной сказке о черте-неудачнике и смекалистом деревенском парне) и составляющей гордость чешского оперного искусства лирической сказки Русалка - трогательного повествования о всепоглощающем чувстве любви. Последним произведением Дворжака стала его десятая опера - рыцарско-фантастическая Армида (на сюжет одного из эпизодов поэмы Освобожденный Иерусалим Т. Тассо).

Дворжак скоропостижно скончался от инсульта. Траурный флаг на пражском Национальном театре возвестил о том, что чешская музыкальная культура потеряла своего второго великого классика. Могучий талант и упорный труд Дворжака утвердили национальные традиции чешской музыки и обогатили мировую музыкальную культуру многими великолепными произведениями. Особую ценность представляют его оркестровые и инструментальные сочинения. В них яркое национальное своеобразие, основанное на претворении особенностей чешского и словацкого народно-песенного творчества, сочетаются с эмоциональным богатством, жизнерадостностью, ясностью музыкального мышления и стройностью формы. /З. Тулинская/

ДЕБЮССИ (Debussy) Клод (Ашиль) (22 VIII 1862, Сен-Жермен-ан-Ле, близ Парижа - 25 III 1918, Париж)

Я пытаюсь найти новые реальности... дураки называют это импрессионизмом.
К. Дебюсси

Французского композитора К. Дебюсси часто называют отцом музыки XX в. Он показал, что каждый звук, аккорд, тональность могут быть услышаны по-новому, могут жить более свободной, многокрасочной жизнью, как бы наслаждаться самим своим звучанием, его постепенным, таинственным растворением в тишине. Многое действительно роднит Дебюсси с живописным импрессионизмом: самодовлеющая красочность неуловимых, текуче-подвижных моментов, любовь к пейзажу, воздушная трепетность пространства. Не случайно Дебюсси считается основным представителем импрессионизма в музыке. Однако он дальше, чем художники-импрессионисты, ушел от традиционных форм, его музыка устремлена в наше столетие гораздо глубже, чем живопись К. Моне, О. Ренуара или К. Писсарро.

Дебюсси считал, что музыка подобна природе своей естественностью, бесконечной изменчивостью и многоликостью форм: Музыка - как раз то искусство, которое ближе всего к природе... Только музыканты обладают преимуществом уловить всю поэзию ночи и дня, земли и неба, воссоздать их атмосферу и ритмически передать их необъятную пульсацию. И природа, и музыка ощущаются Дебюсси как тайна, и прежде всего тайна рождения, неожиданного, неповторимого оформления капризной игры случая. Поэтому понятно скептически-ироничное отношение композитора ко всякого рода теоретическим штампам и ярлыкам в отношении художественного творчества, невольно схематизирующим живую действительности искусства.

Дебюсси начал обучаться музыке в 9 лет и уже в 1872 г. поступил на младшее отделение Парижской консерватории. Уже в консерваторские годы проявилась нетрадиционность его мышления, что вызвало столкновения с преподавателями гармонии. Зато истинное удовлетворение получал начинающий музыкант в классах Э. Гиро (композиция) и A. Mapмонтеля (фортепиано).

В 1881 г. Дебюсси в качестве домашнего пианиста сопровождал в поездке по Европе русскую меценатку Н. фон Мекк (большого друга П. Чайковского), а затем по ее приглашению дважды посетил Россию (1881, 1882). Так началось знакомство Дебюсси с русской музыкой, очень повлиявшее на формирование его собственного стиля. Русские дадут нам новые импульсы для освобождения от нелепой скованности. Они... открыли окно, выходящее на простор полей. Дебюсси пленила красочность тембров и тонкая изобразительность, картинность музыки Н. Римского-Корсакова, свежесть гармоний у А. Бородина. М. Мусоргского он называл своим любимейшим композитором: Никто не обращался к лучшему, что в нас есть, с большей нежностью и большей глубиной. Он неповторим и останется неповторимым благодаря своему искусству без надуманных приемов, без иссушающих правил. Гибкость вокально-речевой интонации русского новатора, свобода от заранее установленных, административных, по выражению Дебюсси, форм были по-своему претворены французским композитором, стали неотъемлемой чертой его музыки. Идите, послушайте "Бориса". В нем весь "Пеллеас", - сказал однажды Дебюсси об истоках музыкального языка своей оперы.

Окончив консерваторию в 1884 г., Дебюсси участвует в конкурсах на получение Большой Римской премии, дающей право на четырехлетнее усовершенствование в Риме, на вилле Медичи. За годы, проведенные в Италии (1885-87), Дебюсси изучил хоровую музыку эпохи Возрождения (Дж. Палестрины, О. Лассо), и далекое прошлое (как и своеобразие русской музыки) внесло свежую струю, обновило его гармоническое мышление. Симфонические произведения, посланные в Париж для отчета (Зулейма, Весна), не пришлись по вкусу консервативным вершителям музыкальных судеб.

Вернувшись раньше срока в Париж, Дебюсси сближается с кружком поэтов-символистов во главе с С. Малларме. Музыкальность символистской поэзии, поиски таинственных связей между жизнью души и миром природы, их взаиморастворение - все это очень привлекло Дебюсси и во многом сформировало его эстетику. Не случайно наиболее самобытными и совершенными из ранних сочинений композитора стали романсы на слова П. Вердена, П. Бурже, П. Луиса, а также Ш. Бодлера. Некоторые из них (Чудесный вечер, Мандолина) были написаны еще в годы учения в консерватории. Образами символистской поэзии навеяно и первое зрелое оркестровое произведение - прелюдия Послеполуденный отдых фавна (1894). В этой музыкальной иллюстрации эклоги Малларме сложился своеобразный, тонко нюансированный оркестровый стиль Дебюсси.

Полнее всего воздействие символизма сказалось в единственной опере Дебюсси Пеллеас и Мелизанда (1892-1902), написанной на прозаический текст драмы М. Метерлинка. Это история любви, где, по словам композитора, действующие лица не рассуждают, а претерпевают свою жизнь и судьбу. Дебюсси здесь как бы творчески спорит с Р. Вагнером - автором Тристана и Изольды, он даже хотел написать своего Тристана - при том, что оперой Вагнера в юности чрезвычайно увлекался и знал ее наизусть. Вместо открытой страстности вагнеровской музыки здесь - экспрессия утонченной звуковой игры, полной намеков и символов. Музыка существует для невыразимого; я хотел бы, чтобы она как бы выходила из сумрака и моментами возвращалась бы в сумрак; чтобы она всегда была скромна, - писал Дебюсси.

Невозможно представить Дебюсси без фортепианной музыки. Сам композитор был талантливым пианистом (а также и дирижером); играл он почти всегда на "полутонах", без всякой резкости, но с такой полнотой и густотой звука, как играл Шопен, - вспоминала французская пианистка М. Лонг. Именно от шопеновской воздушности, пространственности звучания фортепианной ткани отталкивался Дебюсси в своих колористических поисках. Но был и другой исток. Сдержанность, ровность эмоционального тонуса музыки Дебюсси неожиданно сблизила ее со старинной доромантической музыкой - особенно французских клавесинистов эпохи рококо (Ф. Купереном, Ж. Ф. Рамо). Старинные жанры из Бергамасской сюиты и Сюиты для фортепиано (Прелюдия, Менуэт, Пасспье, Сарабанда, Токката) представляют своеобразный, импрессионистский вариант неоклассицизма. Дебюсси вовсе не прибегает к стилизации, а создает свой образ старинной музыки, скорее впечатление от нее, чем ее портрет.

Излюбленный жанр композитора - программная сюита (оркестровая и фортепианная), как бы серия разнохарактерных картин, где статика пейзажей оттеняется стремительно-подвижными, часто танцевальными ритмами. Таковы сюиты для оркестра Ноктюрны (1899), Море (1905) и Образы (1912). Для фортепиано создаются Эстампы, 2 тетради Образов, Детский уголок, который Дебюсси посвятил своей дочери. В Эстампах композитор впервые пытается вжиться в музыкальные миры самых разных культур и народов: красочно оттеняют друг друга звуковой образ Востока (Пагоды), Испании (Вечер в Гренаде) и полный движения, игры света и тени пейзаж с французской народной песенкой (Сады под дождем).

В двух тетрадях прелюдий (1910, 1913) раскрылся весь образный мир композитора. Прозрачным акварельным тонам пьес Девушка с волосами цвета льна и Вереск контрастирует насыщенность звуковой палитры в Террасе, посещаемой лунным светом, в прелюдии Ароматы и звуки реют в вечернем воздухе. Старинная легенда оживает в эпическом звучании Затонувшего собора (вот где особенно сказалось воздействие Мусоргского и Бородина!). А в Дельфийских танцовщицах композитор находит неповторимое античное сочетание строгости храма и обряда с языческой чувственностью. В выборе моделей для музыкального воплощения Дебюсси достигает совершеннейшей свободы. С одинаковой тонкостью, например, он проникает в мир испанской музыки (Ворота Альгамбры, Прерванная серенада) и воссоздает (используя ритм кэк-уока) дух американского театра менестрелей (Генерал Лявин-эксцентрик, Менестрели).

В прелюдиях Дебюсси представляет весь свой музыкальный мир в лаконичном, сконцентрированном виде, обобщает его и во многом прощается с ним - со своей прежней системой зрительно-музыкальных соответствий. А затем, в последние 5 лет жизни, его музыка, усложняясь еще больше, расширяет жанровые горизонты, в ней начинает чувствоваться какая-то нервная, капризная ироничность. Усиливается интерес к сценическим жанрам. Это балеты (Камма, Игры, поставленные В. Нижинским и труппой С. Дягилева в 1912 г., и кукольный балет для детей Ящик с игрушками, 1913), музыка к мистерии итальянского футуриста Г. д'Аннунцио Мученичества святого Себастьяна (1911). В постановке мистерии участвовали балерина Ида Рубинштейн, хореограф М. Фокин, художник Л. Бакст. После создания Пеллеаса Дебюсси не раз пробовал начать новую оперу: его привлекали сюжеты Э. По (Черт на колокольне, Падение дома Эшер), но эти замыслы не были реализованы. Композитор задумал написать 6 сонат для камерных ансамблей, но успел создать 3: для виолончели и фортепиано (1915), для флейты, альта и арфы (1915) и для скрипки и фортепиано (1917). Редактирование произведений Ф. Шопена побудило Дебюсси написать Двенадцать этюдов (1915), посвященных памяти великого композитора. Последние произведения Дебюсси создавал будучи уже смертельно больным: в 1915 г. он перенес операцию, после которой прожил чуть более двух лет.

В некоторых сочинениях Дебюсси отразились события первой мировой войны: в Героической колыбельной, в песне Рождество детей, лишенных крова, в неоконченной Оде Франции. Уже только перечень названий говорит о том, что в последние годы усилился интерес к драматическим темам и образам. С другой стороны, взгляд композитора на мир становится более ироничным. Юмор и ирония всегда оттеняли и как бы дополняли мягкость натуры Дебюсси, ее открытость впечатлениям. Они проявлялись не только в музыке, но и в метких высказываниях о композиторах, в письмах, в критических статьях. 14 лет Дебюсси был профессиональным музыкальным критиком; результатом этой работы стала книга Господин Крош - антидилетант (1914).

В послевоенные годы Дебюсси рядом с такими дерзкими разрушителями романтической эстетики, как И. Стравинский, С. Прокофьев, П. Хиндемит, воспринимался многими как представитель импрессионистского вчерашнего дня. Но позже, и особенно в наше время, стало проясняться колоссальное значение французского новатора, оказавшего непосредственное влияние на Стравинского, Б. Бартока, О. Мессиана, предвосхитившего сонорную технику и вообще новое ощущение музыкального пространства и времени - и в этом новом измерении утверждавшего человечность как главное в искусстве. /К. Зенкин/

ДЕЛИБ (Delibes) (Клеман Филибер) Лео (21 II 1836, Сен-Жермендю-Валь, Сарта - 16 I 1891, Париж)

Такого изящества, такого богатства мелодий и ритмов, такой превосходной инструментовки еще никогда не бывало в балете.
П. Чайковский

Среди французских композиторов XIX в. творчество Л. Делиба выделяется особой чистотой французского стиля: его музыка лаконична и красочна, мелодична и ритмически гибка, остроумна и искренна. Стихией композитора был музыкальный театр, а его имя стало синонимом новаторских тенденций в балетной музыке XIX в.

Делиб родился в музыкальной семье: его дед Б. Батисте был солистом парижского театра Opera-Comique, а дядя Э. Батисте - органистом, профессором Парижской, консерватории. Начальное музыкальное образование будущему композитору дала мать. Двенадцатилетним подростком Делиб приехал в Париж и поступил в консерваторию в класс композиции А. Адана. Одновременно он занимался у Ф. Ле Купе по классу фортепиано и у Ф. Бенуа по классу органа.

Профессиональная жизнь молодого музыканта началась в 1853 г. с должности пианиста-концертмейстера в Лирическом оперном театре (Theatre Lyrique). Формирование художественных вкусов Делиба во многом определилось эстетикой французской лирической оперы: ее образным строем, насыщенной бытовыми мелодиями музыкой. В это время композитор "много сочиняет. Его привлекает музыкально-сценическое искусство - оперетты, одноактные комические миниатюры. Именно в этих сочинениях оттачивается стиль, развивается мастерство точной, лаконичной и меткой характеристики, красочного, ясного, живого музыкального изложения, совершенствуется театральная форма.

В середине 60-х гг. молодым композитором стали интересоваться музыкально-театральные деятели Парижа. Его приглашают работать вторым хормейстером в Grand Opera (1865-1872). Тогда же он пишет совместно с Л. Минкусом музыку балета Ручей и дивертисмент Путь, усыпанный цветами к балету Адана Корсар. Эти произведения, талантливые и изобретательные, принесли Делибу заслуженный успех. Однако следующее сочинение композитора Grand Opera приняла к постановке только через 4 года. Им стал балет Коппелия, или Девушка с эмалевыми глазами (1870, по новелле Т. А. Гофмана Песочный человек). Именно он принес Делибу европейскую популярность и стал рубежным произведением в его творчестве. В этом сочинении композитор проявил глубокое понимание балетного искусства. Его музыке свойственны лаконизм выражения и динамика, пластичность и красочность, гибкость и четкость танцевального рисунка.

Известность композитора упрочилась еще более после создания им балета Сильвия (1876, по драматич. пасторали Т. Тассо Аминта). П. Чайковский писал об этом сочинении: Я слышал балет "Сильвия" Лео Делиба, именно слышал, потому что это первый балет, в котором музыка составляет не только главный, но и единственный интерес. Что за прелесть, что за изящество, что за богатство мелодическое, ритмическое и гармоническое!

Широкую популярность снискали и оперы Делиба: Так сказал король (1873), Жан де Нивель (1880), Лакме (1883). Последняя явилась самым значительным оперным произведением композитора. В Лакме развиты традиции лирической оперы, которые так привлекали слушателей в лирико-драматических произведениях Ш. Гуно, Ж. Визе, Ж. Массне, К. Сен-Санса. Написанная на ориентальный сюжет, в основу которого положена история трагической любви индийской девушки Лакме и английского солдата Джеральда, эта опера насыщена правдивыми, реалистическими образами. Самые выразительные страницы партитуры произведения посвящены раскрытию душевного мира героини.

Наряду с композицией Делиб много внимания уделял преподавательской деятельности. С 1881 г. он был профессором Парижской консерватории. Доброжелательный и отзывчивый человек, мудрый педагог - Делиб оказывал большую помощь композиторской молодежи. В 1884 г. он стал членом Академии изящных искусств Франции. Последним сочинением Делиба оказалась опера Кассия (незаконч.). Она еще раз доказала, что композитор никогда не изменял своим творческим принципам, утонченности и изяществу стиля.

Наследие Делиба сосредоточено в основном в области музыкально-сценических жанров. Им написано свыше 30 произведений для музыкального театра: 6 опер, 3 балета и множество оперетт. Наибольших творческих высот композитор достиг в области балета. Обогатив балетную музыку широтой симфонического дыхания, цельностью драматургии, он проявил себя как смелый новатор. Это отмечали и критики того времени. Так, Э. Ганслику принадлежит высказывание: Он может гордиться тем, что первым развил драматическое начало в танце и в этом превзошел всех своих соперников. Делиб был прекрасным мастером оркестра. Партитуры его балетов, по выражению историков, это море красок. Композитор воспринял многие приемы оркестрового письма французской школы. Его оркестровку отличает пристрастие к чистым тембрам, множество тончайших колористических находок.

Делиб оказал несомненное влияние на дальнейшее развитие балетного искусства не только во Франции, но и в России. Здесь достижения французского мастера нашли продолжение в хореографических сочинениях П. Чайковского и А. Глазунова. /И. Ветлицына/

ДЕНИСОВ Эдисон Васильевич (р. 6 IV 1929, Томск, 24 X 1996, Париж)

Нетленная красота великих творений искусства живет в своем временном измерении, становясь высшей реальностью.
Э. Денисов

Русская музыка наших дней представлена рядом крупных фигур. Среди первых из них - москвич Э. Денисов. Имея за плечами обучение игре на фортепиано (Томское музыкальное училище, 1950) и университетское образование (физико-математический факультет Томского университета, 1951), двадцатидвухлетний композитор поступил в Московскую консерваторию к В. Шебалину. Годы исканий после окончания консерватории (1956) и аспирантуры (1959) отмечены влиянием Д. Шостаковича, который поддержал талант молодого композитора и с которым Денисов сдружился в ту пору. Осознав, что консерватория научила его тому, как писали, а не тому, как надо писать, молодой композитор занялся освоением современных методов сочинения и поисками своего пути. Денисов изучил И. Стравинского, Б. Бартока (его памяти посвящен Второй струнный квартет - 1961), П. Хиндемита (и поставил на нем крест), К. Дебюсси, А. Шенберга, А. Веберна.

Собственный стиль Денисова складывается постепенно в сочинениях начала 60-х гг. Первым ярким взлетом нового стиля стало Солнце инков для сопрано и 11 инструментов (1964, текст Г. Мистраль): поэзия природы, с отголосками древнейших анимистских образов, выступает в наряде звонких радужных интенсивных музыкальных красок. Другая грань стиля - в Трех пьесах для виолончели и фортепиано (1967): в крайних частях это музыка углубленной лирической сосредоточенности, напряженная виолончельная кантилена с нежнейшими звучаниями рояля в высоком регистре, в контрасте с величайшей ритмической энергией асимметричных точек, уколов, шлепков, даже выстрелов средней пьесы. Сюда же примыкает и Второе фортепианное трио (1971) - музыка сердца, тонкая, поэтичная, концепционно значительная. Стиль Денисова многосторонен. Но многое ходовое, модное в современной музыке он отвергает - имитацию чужого стиля, неопримитивизм, эстетизацию банальности, конформистскую всеядность. Композитор говорит: Красота - одно из самых важных понятий в искусстве. В наше время у многих композиторов ощутимо стремление к поиску новой красоты. В 5 пьесах для флейты, двух фортепиано и ударных Силуэты (1969) из пестрой звуковой ткани вырисовываются портреты знаменитых женских образов - Донны Анны (из Дон-Жуана В. А. Моцарта), глинкинской Людмилы, Лизы (из Пиковой дамы П. Чайковского), Лорелеи (из песни Ф. Листа), Марии (из Воццека А. Берга). Пение птиц для подготовленного фортепиано и магнитофонной ленты (1969) вносит в концертный зал аромат русского леса, птичьи голоса, щебеты, другие звуки природы - источника чистой и вольной жизни. Я согласен с Дебюсси, что видеть восход солнца это композитору может дать гораздо больше, чем прослушивание "Пасторальной симфонии" Бетховена. В пьесе DSCH (1969), написанной в честь Шостаковича (название - его инициалы), используется буквенная тема (на такие темы сочиняли музыку Жоскен Депре, И. С. Бах, сам "Шостакович). В других сочинениях Денисов широко применяет хроматическую интонацию EDS, дважды звучащую в его имени и фамилии: EDiSon DEniSov. Огромное влияние оказал на Денисова непосредственный контакт с русским фольклором. О цикле Плачи для сопрано, ударных и фортепиано (1966) композитор говорит: Здесь нет ни одной народной мелодии, но вся вокальная линия (в целом даже и инструментальная) связана самым прямым образом с русским фольклором без всяких моментов стилизации и без всякого цитирования.

Фантастическое сочетание изысканной красоты утонченных звучаний и абсурдистского текста составляет основной тон десятичастного цикла Голубая тетрадь (на ст. А. Введенского и Д. Хармса, 1984) для сопрано, чтеца, скрипки, виолончели, двух фортепиано и трех групп колоколов. Сквозь невероятный гротеск и хлесткий алогизм (Там томился в клетке Бог без очей, без рук, без ног... - Э 3) вдруг пробиваются трагические мотивы (Я вижу искаженный мир, я слышу шепот заглушенных лир - Э 10).

С 70-х гг. все чаще Денисов обращается к крупным формам. Это инструментальные концерты (св. 10), замечательный Реквием (1980), но он - скорее высокая философская поэма о жизни человеческой. К лучшим достижениям относятся Скрипичный концерт (1977), лирически проникновенный Виолончельный (1972), оригинальнейший Concerto piccolo (1977) для саксофониста (играющего на разных саксофонах) и огромного оркестра ударных (6 групп), балет Исповедь по А. Мюссе (пост. 1984), оперы Пена дней (по роману Б. Виана, 1981), с большим успехом исполненная в Париже в марте 1986 г., Четыре девушки (по П. Пикассо, 1987). Обобщением зрелого стиля явилась Симфония для большого оркестра (1987). Эпиграфом к ней могли бы стать слова композитора: в моей музыке лиризм - это самое главное. Широта симфонического дыхания достигается многообразным спектром лирических звучностей - от нежнейших дуновений до могучих волн экспрессивных нагнетаний. В связи с 1000-летием крещения Руси Денисов создал большое произведение для хора a cappella Свете тихий (1988).

Искусство Денисова духовно родственно петровской линии русской культуры, традиции А. Пушкина, И. Тургенева, Л. Толстого. Стремясь к высокой красоте, оно противостоит частым в наше время тенденциям упрощенчества, всеопошляющей легкодоступности поп-мышления. /Ю. Холопов/

ДЕССАУ (Dessau) Пауль (10 XII 1894, Гамбург - 28 VI 1979, Берлин)

В созвездии имен деятелей, представляющих литературу и искусство ГДР, одно из почетных мест принадлежит П. Дессау. Его творчестве подобно пьесам Б. Брехта и романам А. Зегерс, стихам И. Бехера и песням Г. Эйслера, скульптурам Ф. Кремера и графике В. Клемке, оперной режиссуре В. Фельзенштейна и кинематографическим постановкам К. Вульфа пользуется заслуженной популярностью не только на родине, оно завоевало широкое признание и стало ярким образцом искусства XX в.

Огромное музыкальное наследие Дессау включает наиболее характерные жанры современной музыки: 5 опер, многочисленные кантатноораториальные сочинения, 2 симфонии, оркестровые пьесы, музыку к драматическим спектаклям, радиопостановкам и кинофильмам, вокальные и хоревые миниатюры. Одаренность Дессау проявилась в различных сферах его творческой деятельности - композиторской, дирижерской, педагогической, исполнительской, музыкально-общественной.

Композитор-коммунист, Дессау чутко откликался на важнейшие политические события своего времени. Антиимпериалистические настроения выражены в песне Солдат, убитый в Испании (1937), в фортепианной пьесе Герника (1938), в цикле Интернациональная азбука войны (1945). 30-летию трагической гибели выдающихся деятелей международного коммунистического движения посвящена Эпитафия Розе Люксембург и Карлу Либкнехту для хора н оркестра (1949). Обобщенным музыкально-публицистическим документом, посвященным жертвам апартеида, стал Реквием памяти Лумумбы (1963). Среди других мемориальных произведений Дессау - вокально-симфоническая Эпитафия Ленину (1951), оркестровое сочинение Памяти Бертольда Брехта (1959), пьеса для голоса и фортепиано Эпитафия Горькому (1943). Дессау охотно обращался к текстам современных прогрессивных поэтов разных стран - к творчеству Э. Вайнерта, Ф. Вольфа, И. Бехера, Я. Ивашкевича, П. Неруды. Одно из центральных мест занимает музыка, вдохновленная сочинениями Б. Брехта. У композитора есть произведения, связанные с советской тематикой: опера Ланцелот (по пьесе Е. Шварца Дракон, 1969), музыка к кинофильму Русское чудо (1962). Путь Дессау в музыкальное искусство был обусловлен давними семейными традициями. Его дед, по словам композитора, являлся знаменитым в свое время кантором, наделенным композиторским талантом. Отец, рабочий табачной фабрики, до конца своих дней сохранил любовь к пению и свою неосуществленную мечту стать профессиональным музыкантом пытался воплотить в детях. С раннего детства, которое протекало в Гамбурге, Пауль слышал песни Ф. Шуберта, мелодии Р. Вагнера. В 6 лет он начал заниматься на скрипке, а в 14 выступил на сольном вечере с большой концертной программой. С 1910 г. в течение двух лет Дессау занимался в Берлинской консерватории Клиндворта-Шарвенки. В 1912 г. он устраивается на работу в Гамбургский городской театр в качестве концертмейстера-репетитора оркестра и ассистента главного дирижера - Ф. Вайнгартнера. Давно мечтавший о дирижерской деятельности, Дессау жадно впитывал художественные впечатления от творческого общения о Вайнгартнером, восторженно воспринимал выступления регулярно гастролировавшего в Гамбурге А. Никиша.

Самостоятельную дирижерскую деятельность Дессау прервала начавшаяся первая мировая война и последующий призыв в действующую армию. Подобно Брехту и Эйслеру, Дессау быстро распознал бессмысленную жестокость кровавой бойни, уносящей миллионы человеческих жизней, ощутил национал-шовинистический дух немецко-австрийской военщины.

Дальнейшая работа в качестве руководителя оркестра оперных театров проходила при активной поддержке О. Клемперера (в Кельне) и Б. Вальтера (в Берлине). Однако тяга к сочинению музыки постепенно все более вытесняла прежнее стремление к дирижерской карьере. В 20-е гг. появляется ряд сочинений для различных инструментальных составов, среди них - Концертино для солирующей скрипки в сопровождении флейты, кларнета и валторны. В 1926 г. Дессау завершил Первую симфонию. Она успешно прозвучала в Праге под управлением Г. Штайнберга (1927). Спустя 2 года появилась Сонатина для альта и чембало (или фортепиано), в которой ощущается близость традициям неоклассицизма и ориентация на стиль П. Хиндемита.

В июне 1930 г. на фестивале Берлинская музыкальная неделя была исполнена музыкальная инсценировка Дессау Игра в железную дорогу. Жанр назидательной пьесы, как особой разновидности школьной оперы, рассчитанной на детское восприятие и исполнение, был создан Брехтом и подхвачен многими ведущими композиторами. В это же время состоялась премьера оперы-игры Хиндемита Мы строим город. Оба сочинения популярны до сих пор.

Особой точкой отсчета в творческой биографии многих деятелей искусства стал 1933 г. На долгие годы покинули свою родину, вынужденные эмигрировать из фашистской Германии, А. Шенберг, Г. Эйслер, К. Вайль, Б. Вальтер, О. Клемперер, Б. Брехт, Ф. Вольф. Политическим изгнанником оказался и Дессау. Начался парижский период его творчества (1933-39). Главным импульсом становится антивоенная тематика. В начале 30-х гг. Дессау вслед за Эйслером освоил жанр массовой политической песни. Так появилась Колонка Тельмана - ...героическое напутствие немецким антифашистам, направляющимся через Париж в Испанию, чтобы участвовать в сражениях против франкистов.

После оккупации Франции Дессау проводит 9 лет в США (1939-48). В Нью-Йорке происходит знаменательная встреча с Брехтом, о которой Дессау давно помышлял. Еще в 1936 г. в Париже композитор написал Боевую песнь черных соломенных шляп на текст Брехта из его пьесы Святая Иоанна скотобоен - пародийно переосмысленной версии жизни Орлеанской девы. Познакомившись с песней, Брехт тотчас же решил включить ее в свой авторский вечер в театре-студии Новой школы социальных исследований в НьюЙорке. На тексты Брехта Дессау написал ок. 50 сочинений - музыкально-драматических, кантатно-ораториальных, вокальных и хоровых. Центральное место среди них занимают оперы Допрос Лукулла (1949) и Пунтила (1959), созданные после возвращения композитора на родину. Подступами к ним явилась музыка к пьесам Брехта - 99 процентов (1938), позднее получившая название Страх и нищета в Третьей империи; Мамаша Кураж и ее дети (1946); Добрый человек из Сезуана (1947); Исключение и правило (1948); Господин Пунтила и его слуга Матти (1949); Кавказский меловой круг (1954).

В 60-70-е гг. появились оперы - Ланцелот (1969), Эйнштейн (1973), Леоне и Лена (1978), детский зингшпиль Ярмарка (1963), Вторая симфония (1964), оркестровый триптих (1955 год, Море бурь, Ленин, 1955-69), Кватродрама для четырех виолончелей, двух фортепиано и ударных (1965). Старейшина композиторов ГДР до конца своих дней продолжал интенсивно трудиться. Незадолго до его смерти Ф. Хенненберг писал: Дессау и на девятом десятке сохранил свой живой темперамент. Утверждая свою точку зрения, он подчас может ударить кулаком по столу. Вместе с тем он всегда выслушает доводы собеседника, никогда не выставляя себя всезнающим и непогрешимым. Дессау умеет быть убедительным, не повышая голоса. Но нередко он говорит тоном агитатора. То же свойственно и его музыке /Л. Римский/

ДЖЕЗУАЛЬДО ди Веноза (Gesualdo di Venosa) Карло, князь Венозы (ок. 1560, Неаполь, - 8 IX 1613, Джезуальдо, Авеллино)

К концу XVI века и в начале XVII итальянским мадригалом овладевает новый порыв благодаря внедрению хроматизма. Как реакция против устаревшего хорального искусства, покоившегося на диатонике, начинается большое брожение, из которого в свою очередь возникнут опера и оратория. Столь интенсивной эволюции содействуют своим новаторским творчеством Чиприано да Pope, Джезуальдо ди Веноза, Орацио Векки, Клаудио Монтеверди.
К. Неф

Творчество К. Джезуальдо выделяется своей необычностью, оно принадлежит сложной, переломной исторической эпохе - переходу от Ренессанса к XVII столетию, которая повлияла на судьбы многих выдающихся художников. Признанный современниками как глава музыки и музыкальных поэтов Джезуальдо был одним из самых дерзких новаторов и области мадригала - ведущего жанра светской музыки искусства эпохи Возрождения. Не случайно Карл Неф называет Джезуальдо романтиком и экспрессионистом XVI века.

Старинный аристократический род, к которому принадлежал композитор, был одним из наиболее знатных и влиятельных в Италии. Родственные узы связывали его семью с высшими церковными кругами - мать была племянницей папы римского, а брат отца - кардиналом. Точная дата рождения композитора неизвестна. Разносторонняя музыкальная одаренность мальчика проявилась довольно рано - он научился играть на лютне и других музыкальных инструментах, пел и сочинял музыку. Развитию природных способностей немало способствовала окружающая атмосфера: отец содержал в своем замке близ Неаполя капеллу, в которой работали многие известные музыканты (в т. ч. мадригалисты Джованни Примавера и Помпонио Ненна, которого считают наставником Джезуальдо в области композиции). Интерес юноши к музыкальной культуре древних греков, знавших помимо диатоники хроматизм и энгармонизм (3 основных ладовых наклонения или рода древнегреческой музыки), привел его к настойчивому экспериментированию в области мелодикогармонических средств. Уже ранние мадригалы Джезуальдо отличаются экспрессией, эмоциональностью и остротой музыкального языка. Близкое знакомство с крупнейшими итальянскими поэтами и теоретиками литературы Т. Тассо, Дж. Гварини открыло творчеству композитора новые горизонты. Его занимает проблема соотношения поэзии и музыки, в своих мадригалах он стремится достичь полного единства этих двух начал.

Драматично складывается личная жизнь Джезуальдо. В 1586 г. он женился на своей двоюродной сестре, донье Марии д'Авалос. Этот союз, воспетый Тассо, оказался несчастливым. В 1590 г., узнав о неверности супруги, Джезуальдо умертвил ее и любовника. Трагедия наложила мрачный отпечаток на жизнь и творчество выдающегося музыканта. Субъективизм, повышенная экзальтация чувств, драматизм и напряженность отличают его мадригалы 1594-1611 гг.

Многократно переиздаваемые при жизни композитора сборники его пятиголосных и шестиголосных мадригалов запечатлели эволюцию стиля Джезуальдо - экспрессивного, утонченно изысканного, отмеченного особым вниманием к выразительным деталям (акцентуация отдельных слов поэтического текста с помощью необычно высокой тесситуры вокальной партии, остро звучащая гармоническая вертикаль, прихотливо ритмизованные мелодические фразы). В поэзии композитор выбирает тексты, строго соответствующие той образной системе его музыки, которая была выражена чувствами глубокой скорби, отчаяния, тоски или настроениями томной лирики, сладостной муки. Иногда источником поэтического вдохновения для создания нового мадригала становилась лишь одна строка, множество произведений были написаны композитором на собственные тексты.

В 1594 г. Джезуальдо переезжает в Феррару и женится на Леоноре д'Эсте - представительнице одного из самых знатных аристократических семейств Италии. Подобно тому, как в юности, в Неаполе, окружение венозского князя составляли поэты, певцы и музыканты, в новом доме Джезуальдо собираются феррарские любители музыки и профессиональные музыканты, и знатный меценат объединяет их в академию для улучшения музыкального вкуса. В последнее десятилетие своей жизни композитор обращается к жанрам духовной музыки. В 1603 и 1611 гг. выходят сборники его духовных сочинений.

Искусство выдающегося мастера позднего Возрождения самобытно и ярко индивидуально. Своей эмоциональной силой, повышенной экспрессивностью оно выделяется среди созданного современниками и предшественниками Джезуальдо. Вместе с тем в творчестве композитора явственно видны черты, характерные для всей итальянской и - шире - европейской культуры рубежа XVI и XVII вв. Кризис гуманистической культуры Высокого Возрождения, разочарование в его идеалах способствовали субъективизации творчества художников. Формирующийся стиль в искусстве переломной эпохи получил название маньеризм. Его эстетическими постулатами были не следование природе, объективный взгляд на действительность, а субъективная внутренняя идея художественного образа, рождающаяся в душе художника. Размышляя об эфемерности мира и шаткости человеческой судьбы, о зависимости человека от таинственных мистических иррациональных сил, художники создавали произведения, проникнутые трагизмом и экзальтацией с подчеркнутой диссонантностью, дисгармоничностью образов. В значительной степени эти особенности свойственны и искусству Джезуальдо. /Н. Яворская/

ДОНИЦЕТТИ (Donizetti) Гаэтано (29 XI 1797, Бергамо, Ломбардия - 8 IV 1848, там же)

Мелодии Доницетти своей шутливой веселостью радуют свет.
Г. Гейне

Доницетти - высокопрогрессивный талант, обнаруживающий тенденции Возрождения.
Дж. Мадзини

Музыка Доницетти прекрасна, великолепна, изумительна!
В. Беллини

Г. Доницетти - представитель итальянской романтической оперной школы, кумир поклонников бельканто - появился на оперном горизонте Италии в то время, когда умирал Беллини и молчал Россини. Обладатель неисчерпаемого мелодического дара, глубокого поэтического таланта и чувства театральности, Доницетти создал 74 оперы, в которых раскрылась широта и разнообразие его композиторского дарования.

Оперное творчество Доницетти необычайно разнообразно по жанрам: это социально-психологические мелодрамы (Линда ди Шамуни - 1842, Джемма ди Вержди - 1834), историко-героические драмы (Велизарио - 1836, Осада Кале - 1836, Торквато Тассо - 1833, Мария Стюарт - 1835, Марина Фальеро - 1835), лирико-драматические оперы (Лючия ди Ламмермур - 1835, Фаворитка - 1840, Мария ди Роган - 1843), трагические мелодрамы (Лукреция Борджа - 1833, Анна Болейн - 1830). Особенно разнообразны оперы, написанные в жанре buffa, музыкальные фарсы (Замок инвалидов - 1826, Новый Пурсоньяк - 1828, Сумасшедшие по заказу - 1830), комические оперы (Любовный напиток - 1832, Дон Паскуале - 1843), комические оперы с разговорными диалогами (Дочь полка - 1840, Рита - пост. 1860) и собственно оперы-buffa (Гувернер в затруднении - 1824, Ночной звонок - 1836).

Оперы Доницетти - плоды необычайно скрупулезной работы композитора как над музыкой, так и над либретто. Будучи широко образованным музыкантом, он использовал произведения В. Гюго, А. Дюма-отца, В. Скотта, Дж. Байрона и Э. Скриба, сам пробовал писать либретто, прекрасно сочинял юмористические стихи.

В оперном творчестве Доницетти условно можно выделить два периода. В сочинениях первого (1818-30) весьма заметно влияние Дж. Россини. Хотя оперы неравноценны по содержанию, мастерству и проявлению авторской индивидуальности, в них Доницетти предстает великолепным мелодистом. Период творческой зрелости композитора приходится на 30-е - первую половину 40-х гг. В это время он создает шедевры, вошедшие в историю музыки. Таковы всегда свежая, всегда прелестная (А. Серов) опера Любовный напиток; один из самых чистых бриллиантов итальянской оперы (Дж. Донати-Петтени) Дон Паскуале; Лючия ди Ламмермур, где Доницетти раскрыл все тонкости душевных переживаний любящего человека (Де Валори).

Интенсивность творчества композитора поистине уникальна: Легкость, с какой Доницетти сочинял музыку, умение быстро уловить музыкальную мысль позволяют сравнить процесс его творчества с естественностью плодоношения цветущих фруктовых деревьев (Донати-Петтени). Равно легко автор владел различными национальными стилями и жанрами оперного творчества. Помимо опер, перу Доницетти принадлежат оратории, кантаты, симфонии, квартеты, квинтеты, духовные и вокальные сочинения.

Внешне жизнь Доницетти казалась сплошным триумфом. На самом же деле это было не так. Мое рождение покрыто тайной, - писал композитор, - ибо я появился на свет под землей, в подвале Борго-Канале, куда луч солнца не проникал никогда. Родители Доницетти были бедные люди: отец - сторож, мать - ткачиха. В 9 лет Гаэтано поступает в Благотворительную музыкальную школу Симона Майра и становится там лучшим учеником. В 14 лет он переезжает в Болонью, где учится в музыкальном лицее у С. Маттеи. Выдающиеся способности Гаэтано впервые раскрылись на экзамене 1817 г., где исполнялись его симфонические произведения и кантата. Еще в лицее Доницетти написал 3 оперы: Пигмалион, Олимпиада и Гнев Ахилла, а уже в 1818 г. его опера Энрико, граф Бургундский была с успехом поставлена в Венеции. Несмотря на успех оперы, это был очень трудный период в жизни композитора: контрактов на сочинение заключать не удавалось, семья нуждалась в материальной помощи, близкие его не понимали. Симон Майр устроил Доницетти контракт с Римской оперой на сочинение оперы Зораида Гранатская. Постановка имела успех, но критика, обрушившаяся на молодого композитора, была оскорбительно жестокой. Но это не сломило Доницетти, а лишь укрепило его силы в стремлении к совершенствованию своего мастерства. Но несчастья следуют одно за другим: сначала умирает сын композитора, затем - родители, горячо любимая жена Вирджиния, которой не исполнилось даже 30 лет: Я один на земле, и я еще жив! - в отчаянии написал Доницетти. От самоубийства его спасло искусство. Вскоре следует приглашение в Париж. Там он пишет романтическую, прелестную, Дочь полка, изящную Фаворитку. Оба этих сочинения, а также интеллектуальный Полиевкт были приняты с восторгом. Последняя опера Доницетти - Катарина Корнаро. Она была поставлена в Вене, где в 1842 г. Доницетти получает звание австрийского придворного композитора. После 1844 г. психическое заболевание заставило Доницетти отказаться от композиторской деятельности и послужило причиной его смерти.

Искусство Доницетти, представлявшее декоративный певческий стиль, было органичным и естественным. Доницетти вбирал в себя все радости и печали, волнения и заботы, все устремления простых людей к любви и красоте и потом выражал их в прекрасных мелодиях, которые до сих пор живут в сердце народа (Донати-Петтени). /М. Дворкина/

ДЮКА (Ducas) Поль (1.X.1865, Париж - 17.V.1935, там же)

Французский композитор. Музыкальное образование получил в Парижской консерватории, где учился у Ж. Матьяса (фортепиано), Т. Дюбуа и Э. Гиро (композиция). В 1888 году получил Римскую премию. В 1910-1913 годах вел оркестровый класс в Парижской консерватории; с 1913 года состоял профессором по классу композиции и одновременно с 1926 года преподавал в "Нормальной музыкальной школе". В 1934 году был избран членом Института Франции.

В ранних произведениях Дюка сказывается влияние Вагнера. В дальнейшем композитор становится последователем импрессионизма и после Дебюсси и Равеля является виднейшим представителем этого направления. Дюка тщательно и подолгу работал над своими сочинениями. Этим, видимо, объясняется сравнительная их малочисленность. Композиторское дарование Дюка наиболее ярко проявилось в области симфонической музыки. Одним из популярнейших его произведений является необычайно красочное, темпераментное симфоническое скерцо "Ученик чародея" на сюжет стихотворения Гёте (1897). Это произведение завоевало широкую популярность.

Опера Дюка "Ариана и Синяя борода" (пост. 1907, Париж), наряду с "Пеллеасом и Мелизандой" Дебюсси является характерным образцом импрессионистской оперной музыки. Интерес представляют и фортепианные пьесы Дюка - соната и вариации на тему Рамо.

Значительна роль Дюка как педагога и музыкального критика. М. Ю. Миркин.

пред.страница

след.страница

назад (back)